Кристофер Сташефф - Чародеи [Побег. Чародей поневоле. Возвращение короля Кобольда]

— Спасибо на добром слове. — Йорик одобрительно кивнул. — Вы, sapiens, смогли построить такую сложную цивилизацию, потому что имели для этого прочное основание, которое было создано задолго до вашего появления. Вы просто наследовали его. Но мы — именно те, кто построил этот фундамент.

— У неандертальцев был разум, — пояснил Род. — Они просто не могли манипулировать символами, а без них, знаете, можно обойтись иногда и сейчас.

Йорик кивнул:

— Аналитические выводы не для нас. Зато у нас развита интуиция и память.

— Да, чтобы запомнить все стандартные ответы, которые не понимаешь…

Йорик мотнул головой:

— Я могу вспомнить практически все из того, что со мной случалось в жизни.

— А как насчет того, кто учил тебя английскому?

— Да, разумеется! Это… — Йорик запнулся. Минуту спустя он выдавил жалкую улыбку. — Я… мне бы не хотелось возвращаться к этой теме.

— Но мы настаиваем, — тихо произнес Род. — Кто учил тебя?

— Тот, кто дал мне имя, — понуро ответил Йорик.

— Значит, он был достаточно образован… и определенно не принадлежал к средневековой культуре.

Йорик нахмурил брови:

— А с чего вы взяли?

— Я манипулировал символами. Как его имя?

— Орел, — выпалил Йорик. — Мы ею так зовем, потому что он похож на него.

— У нею что, перья? — Род вдруг вообразил себе крылатое существо, решившее завоевать планету.

— Да нет! Он человек, обычный человек. Быть может, он и отрицает это, но так оно и есть. Просто его нос похож на клюв, и он всегда выглядит таким сердитым, и волос на голове почти нет… Он научил нас земледелию.

— Да? — Род насупился. — Неандертальцы никогда не занимались ничем, кроме — охоты и сбора ягод, не так ли?

— Да. К тому же мы бы никогда не оказались вместе. Орел собрал нас по одному со всей Европы и Азии.

Род задумался.

— Странно. Почему он не взял племя целиком?

— Ему не нужно было племя. Ему требовалось сохранить горстку невинных жертв.

— Жертв? — переспросил Род. — Но чьих?

— Многих. — Йорик помрачнел. — Плосколицых, например… они чем-то похожи на нас, только побольше. Они получше нас разбирались в оружии.

— Ясно, — задумчиво произнес Род. — Эти люди — последние неандертальцы?

— Похоже, что так! И это было нашей бедой, как, впрочем, и остальных неандертальцев. Нас готовы были убить, уничтожить…

Род вдруг понял, что из себя представляет Йорик: параноик, настоящий параноик!

— Мне кажется, дело обстояло не совсем так, как ты говоришь.

— Скорее бы мы убили их, чем они нас?

— Нет… стоило взглянуть на Плосколицых, как вам хотелось убить их.

Йорик явно почувствовал себя неуютно.

— Ну да, этот Дурной Глаз, ты имеешь в виду… Это наша беда! Ну, я хочу сказать, что так стараешься не выдать себя, скрыть это… но рано или поздно кто-нибудь опять кидается на тебя с булавой и…

— О, продолжай! Это было неизбежно, правда?

— Ты никогда не жил среди неандертальцев, ведь верно?

— Ну… — Род мотнул головой. — Там ведь не было цивилизации, так?

— Жили, как пещерные люди, — согласился Йорик.

— Ладно. — Род виновато посмотрел на дикаря. — Извини… я забыл.

— Да ладно, — Йорик ухмыльнулся.

— Но как случилось, что ваши ссоры превратились в настоящую бойню? — спросил Род.

Йорик поморщился:

— Ну, что тебе сказать? Никакою правосудия, чуть что, мордобой, и за себя уже не отвечаешь. Так что прибегаешь к "замораживанию".

— Только в целях самозащиты, разумеется.

— Безусловно! Многие из нас достаточно благоразумны, чтобы добивать того, кою заморозили. Знаешь, требуется большая сила воли, чтобы заставить человека застыть на месте, и немалые усилия. У него не остается сил на удар.

— Что ж, может быть, — Род недоверчиво посмотрел на варваров. — Но, если вас не хотят убить, разве есть необходимость причинять кому-либо зло?

— Тут дело в другом, — возразил Йорик. — Например, если я заморожу взглядом тебя, ты будешь чувствовать себя достаточно плохо…

Послышалось бряцание оружия, и Род понял, что его солдаты в боевой готовности.

— Поосторожней, варвар! — раздался у него за спиной голос Туана.

Йорик продолжал, не обратив на слова короля никакого внимания:

— Но если я не наброшусь на тебя, то ты можешь расценить это как презрение и возненавидишь меня еще больше. Все дело не в тех, кого замораживаешь, а в зрителях.

— Вы что… продаете билеты?

Лицо Йорика перекосило от злобы.

— А знаешь ли ты, как трудно быть одиноким среди этих маленьких племен?

— Да… думаю, что это действительно нелегко.

— Нелегко, черт подери! Тебя готовы в любой момент убить! Кому хочется, чтобы рядом находился тот, кто может делать такое? И есть только один способ убедиться в том, что тебя не уничтожат. Нет, сначала мы хотели покинуть деревню сами.

— Странно, как вы вообще уцелели? — Рода вдруг осенило. — Хотя, с вашими способностями… Если кто-то подходит к вам слишком близко, вы можете заморозить его.

— Да, чтобы успеть унести ноги. Ну, а что потом?

— Выжить. — Род задрал голову и посмотрел на небо, представив, как бы это было в действительности: Такое одинокое…

Йорик фыркнул:

— Тебе ведь никогда не доводилось жить подобной жизнью, не так ли? Одиночество — еще не самое худшее. Кролик в день на всех, как тут не взвыть от голода? И в любой момент тебя может разорвать саблезубый тигр. Я уж не говорю о волках и пещерных медведях!

Род задумчиво кивнул.

— Теперь я понимаю, почему нужно было создавать новое племя.

Йорик оскалился:

— Не забывай, нас было не так уж много. Между племенами огромные расстояния — и в каждом из них всего по нескольку эсперов, способных применять Дурной Глаз. Ну, может, один на каждые сто квадратных миль. А известно ли тебе, что это такое — сто квадратных миль, когда пробираешься босиком сквозь дебри?

— Недели две пути. — Но Рода в данный момент больше всего интересовали слова Йорика об эсперах, ведь он не сказал "колдун" или "монстр"… — Именно туда и пришел ваш Орел?

Йорик кивнул.

— Как раз вовремя. Отбирал нас по одному и перебросил в чудесную горную долину, которую выбрал сам. Там красиво и высоко, и много дождей, круглый год стоит прохлада..

— И очень холодно зимой, наверное?

— Да нет. Там же юг, наверное, поэтому… Конечно, дичи на нас, на четыре тысячи, было не совсем достаточно…

— Четыре тысячи? Он что, собирал вас всю свою жизнь?

Йорик открыл было рот, чтобы ответить, но потом опомнился и, тщательно подбирая слова, сказал: